Первый опыт миссионерства во Вьетнаме датирован 1533 годом, когда в провинции Намдинь начал проповедовать католический монах.

Имя монаха в источниках не упоминается, да и об участи его известно только одно - он был изгнан из страны. С тех пор, начиная с 1553 г. миссионеры безуспешно пытались закрепиться на юге страны, а с конца XVI в. эти попытки стали систематическими2.

Первыми в этом нелегком начинании преуспели, разумеется, испанцы и португальцы - ведущие мореплаватели того времени. Испанские миссионеры решили искать поддержки среди людей, приближенных ко двору. Так, например, сестра короля Ле-тьеу Тонга приняла крещение сама, обратила в католичество придворных и способствовала созданию первого в Дайвьете женского монастыря3.

Иначе дела обстояли в отношениях христианства и крестьян: одна только проповедь могла стоить миссионеру жизни.

С 1624 г. на юге страны начал проповедовать иезуит Александр де Род, которого иногда называют отцом вьетнамской церкви4. Этот период крайне важен для вьетнамской католической церкви, ведь именно с этих пор миссионеры начали вести проповедь на вьетнамском языке, ими же была переведена Библия на языки ряда народностей страны. Как и во многих других азиатских странах, миссионеры способствовали развитию грамотности.

Но все же главная цель католических миссионеров на вьетнамской земле была продиктована не стремлением спасти «погруженные во мрак невежества» души вьетнамцев, а, скорее, колониальными устремлениями европейских держав. Миссионерам просто необходимо было закрепиться во Вьетнаме, а для этого нужно было сделать себя необходимыми правительству страны. Это с блеском удалось сделать французскому аббату Пиньо, более известному под именем епископа Адранского. Именно этот человек сумел добиться подписания первого неравноправного договора с династией Нгуен. Нгуены, заручившись поддержкой Франции, сумели добиться собственной реставрации, а помощь в разгроме Тэйшонов принесла значительные привилегии и христианской церкви, и французам.

Но на этом французы не остановились. В 1858 г. Франция предприняла попытку нападения на Вьетнам. Свои действия европейцы мотивировали стремлением «защитить миссионеров» от преследования вьетнамских властей. Связано это было с тем, что после смерти Зя Лонга европейские (французские и испанские) миссионеры не раз принимали участие в дворцовых заговорах против правящей династии. Разумеется, католическое население Вьетнама последовала за миссионерами, на что вьетнамский король отреагировал незамедлительно: в свет вышли указы, запрещающие вести католические проповеди. Начались гонения на миссионеров.

В августе 1858 г. объединенная франко-испанская эскадра атаковала Дананг - крупнейший порт Вьетнама, разрушение укреплений которого фактически открывало путь к вьетнамской столице. Однако достигнуть ее французам не удалось. Возможность прочно обосноваться в стране у католической церкви появилась лишь в середине XIX в., одновременно с захватом французами Камбоджи и Южного Вьетнама. Близость христианской общины к высшим эшелонам власти обеспечила ей достаточно высокий статус: принадлежность к общине служила показателем лояльности к власти и давала доступ к европейскому образованию. Однако народные массы, в большинстве своем, так и не приняли христианства, а если и приняли, то формально, не оставляя своих культов6. Тем не менее, применение миссионерства сыграло свою роль и наряду с торговой деятельностью стало характерной чертой французской колониальной политики в XIX в.

Другим важным обстоятельством стал внешний, не зависящий от Вьетнама фактор - торговые войны крупнейших колониальных держав. Колониальная политика как внешнеполитический феномен с самого начала была связана с войнами, которые государства вели с целью добиться колониального и торгового преобладания5. Эти войны обычно сопровождались грабительскими нападениями на чужие колониальные владения, развитием пиратства. Упорство и ожесточение, с которым велись торговые войны, объяснялись, с одной стороны, стремлением каждой из соперничающих стран монополизировать в своих руках ограбление стран Азии, Америки и Африки, а с другой стороны - тем исключительным значением, которое в то время приобрели внешние колониальные рынки, обычно закрытые для иностранной конкуренции. В этой борьбе европейских государств, собственно, и решался вопрос, кто из них завоюет право на торговую, морскую и колониальную гегемонию, и тем самым обеспечит себе благоприятные условия для развития собственной промышленности. Цель была слишком заманчива, и именно по этой причине ни одно из ведущих государств того времени не осталось в стороне - торговые войны затронули каждое из них.

Не избежала этой участи и Франция. В XVII в. начались англо-французские войны торговые войны. Причиной тому стал тот факт, что колониальные интересы Франции и Англии сталкивались буквально в каждой точке мира: в Вест-Индии, Северной Америке, Африке, Индии. Одновременная война на море (против Англии) и на суше (против континентальных государств, сотрудничавших с Англией) истощила силы французского государства, ввязавшегося в колониальную гонку. Заметно подорвала морское могущество Франции и война за Австрийское наследство. К концу этой войны большинство французских фрегатов и линкоров уже покоилось на морском дне. После заключения мира Франция располагала всего 67 линкорами, против 140 английских7. В середине XVIII в. англо-французские противоречия вылились в Семилетнюю войну, которая закончилась разгромом Франции на море и в колониях. В Северной Америке она навсегда потеряла Канаду, в Вест-Индии лишилась нескольких островов. Даже в Индии англичане разрушили хрупкую цитадель французского господства: Франции хоть и удалось сохранить за собой 5 приморских городов, однако впоследствии они были разрушены. Фактически, все, что теряла побежденная феодально-абсолютистская Франция, приобрела уже ступившая на путь капитализма Англия.

Страницы: 1 2

Подобные материалы:

Торговля
Торговые связи для далматинского города значили не меньше, чем ремесленное производство. На местных рынках продавался скот, мясные туши, кожи, сыр, мед, воск, вино, сушеные фрукты, лес и смола, шерсть и сукно, хлеб и соль. При этом единст ...

Отношение Ришелье к сословиям по «Политическому Завещанию»
В «Политическом завещании» Ришелье достаточно четко сформулировал свое отношение к сословиям. По его мнению «дворянство надо рассматривать, как один из главнейших нервов государства, могущий много способствовать его сохранению и упрочению ...

Внешний курс СССР до сближения с Германией
Вступив в 1934 году в Лигу наций, СССР старался использовать любую возможность для укрепления условий Версальского договора. Для этого он предлагал проект создания системы коллективной безопасности, а также ряд региональных пактов о ненап ...