В современной историографии основная дискуссия продолжается по вопросу о целях СССР на этих переговорах. Как правило, считается, что советское руководство ставило перед своей дипломатией три основные задачи: 1) предотвратить или 2) оттянуть войну и 3) сорвать возможный единый антисоветский фронт. М.И. Панкрашова, отмечая, что Англия и Франция исходили в своих действиях из заинтересованности СССР в сохранении «санитарного кордона», указывает, что Советский Союз был заинтересован в ликвидации этого «кордона» (т.е. изменении статус-кво в Восточной Европе), поскольку его западные соседи могли, по мнению автора, сговориться с Германией на антисоветской основе. В.Я. Сиполс, наоборот, полностью отклоняет эту версию, заявляя, что СССР был заинтересован в сохранении положения дел в Восточной Европе. Если сторонники официальной советской версии считают, что стратегической целью советского руководства летом 1939 г. было обеспечение безопасности СССР в условиях начавшегося кризиса в Европе, то их критики отмечают, что советская внешняя политика способствовала столкновению Германии с Англией и Францией, что было необходимо для успеха дела расширения зоны «социализма», поскольку возникновение войны в Европе открывало дорогу к достижению «мировой революции». По мнению ряда авторов, с марта 1939 г. СССР получил возможность выбирать, с кем ему договариваться, а следовательно, вовсе не находился в международной изоляции, поскольку в переговорах с ним были заинтересованы и Англия с Францией, и Германия. [I. 9. гл. 2]

Автор данной работы продолжает придерживаться здесь своей точки зрения, а именно говорить о том, что СССР был-таки изолирован, ибо на переговоры с ним шли вынужденно и неохотно, да и переговоры, как будет видно дальше, не были особо успешными. Что до целей СССР на переговорах – они скорее всего в первую очередь все-таки заключались в сохранении мира или хотя бы оттягивании войны. Советское правительство не могло не видеть, что война уже назревает, а страна была к ней явно не готова, война бы помешала Союзу развиваться и увеличивать свое влияние на международной арене. А сохранение Версальской системы его касалось не так явно, как остальную Европу: во время подписания Версальского договора представители СССР не присутствовали, по этому, по сути, его интересы напрямую не затрагивались, хотя необходимость вступать в войну при определенном ее развитии была очевидна. Война была крайне нежелательна для государства, однако, не исключено, что в ходе ее правительство планировало упрочить свои позиции в Европе и действительно расчистить путь социалистической революции.

5 мая Германия заявила об удовлетворении требований СССР относительно возобновления поставок из Чехии. 10 мая в Берлине было решено активизировать зондажи СССР, но в ходе контактов 9, 15 и 17 мая советская сторона отмечала, что именно от Берлина зависит улучшение двусторонних отношений. В течение мая Германия, Франция и Англия пытались вести между собой переговоры, постоянно оглядываясь друг на друга: стоило Англии проявить активность в Москве, туда тут же писала Германия, в ответ на что Англия предупреждала о возможном ухудшении экономических англо-германских отношений, та отступалась от Москвы и так далее. Москва заняла позицию отстраненного ожидания. [I. 5. T.I.C.371]

2 июня возобновились советско-германские экономические контакты, а СССР вручил Англии и Франции новый проект договора. Теперь камнем преткновения стали Прибалтийские республики: они отказались от гарантий Англии, Франции и СССР и заключили пакты о ненападении с Германией, а СССР отказывались присоединяться к англо-французскому соглашению без гарантий Прибалтике. Но переговоры с Западом стали теперь регулярными. С Германией продолжались экономические переговоры, от дипломатических же шагов Берлин воздерживался. [I. 5. Т. 2. С. 5–6, 17]

До конца июня Париж, Москва и Лондон пересылались письмами и телеграммами, послы и полпреды встречались, но ничего конструктивного из этих переговоров не вышло – каждая страна твердо отстаивала свою позицию и не хотела идти на уступки. С начала июля Англия, Франция и СССР продолжали пытаться договориться об условиях тройственного союза, дать гарантии Прибалтике и дать определение «косвенной агрессии». Но СССР отказался гарантировать Голландию и Люксембург, а определение «косвенной агрессии» не устраивало Лондон и Париж. Кроме того Союз настаивал на подкреплении тройственного договора военными соглашениями, к чему отнюдь не стремились Англия и Франция. На фоне этих споров Германия снова стала предлагать СССР отношения на его условиях, каждый факт оживления переговоров между Лондоном, Парижем и Москвой провоцировал очередное с каждым разом все более заманчивое предложение Берлина (он делал нажим на экономику). [I. 5. Т. 2]

Страницы: 1 2 3 4

Подобные материалы:

Историческая концепция А.И. Солженицына
Подробная концепция история России дореволюционного периода изложена Солженицыным в его статье «Русский вопрос к концу XX века». Солженицын начинает свою статью с исторического огляда издалека, при этом выделяет «только две линии: как соо ...

Заключение.
Интерес к медицине, и в частности к её истории, непрерывно растёт. А символы и эмблемы медицины издревле играли обобщающую и направляющую роль. Выражая смысл того или иного вида врачебной деятельности, они играли роль замен, под которыми ...

Ослабление и распад Сефевидского государства. Иран под властью афганцев и Надир-шаха
Шах Сулейман (1666—1694) и особенно возведенный на престол евнухами гарема шах Султан Хосейн (1694—1722), о котором русский посол Артемий Волынский писал, что такого дурачка даже среди простонародья редко «можно сыскать, не токмо из корон ...