Далмация – одно из старейших региональных и географических образований Европы – расположена на восточном побережье Адриатического моря. В древности Далмацию населяли иллирийские племена. В III - I вв. Римская империя утвердила свою власть над Далмацией. Столицей римской провинции Далмация был город Салоны. С VI в. Далмация находилась под властью Византии.

Около 614 г. очередная волна славянских вторжений докатилась до Центральной Далмации. Далматинские города при этом пострадали в неодинаковой степени. Одни, как Задар или Трогир, устояли под натиском врагов и уцелели, другие, как Салона и Эпидавр, были захвачены и разрушены, а часть их жителей сбежала. Основанные этими беженцами города (Сплит – салонитанцами; Рагуза, будущий Дубровник, – эпидавранами) были выстроены совершенно заново. Эти события нашли отражение в трактате Константина Багрянородного: «… славяне, они же авары… овладели крепостью Салона. Поселяясь там, с той поры они начали понемногу разорять ромеев… уничтожали их и овладевали их землями. Прочие же ромеи находили спасение в крепостях побережья и доныне владеют ими»[6].

После сокрушительного разорения начался новый этап в истории далматинских городов. И старые и заново отстроенные города населяли в VI-VIII вв. потомки римлян и романизированные местные жители[7]. В IX-X вв. общепризнанная ситуация для Далматинского побережья – романский город и славянская округа. Затем наступило время этнического симбиоза, смешанных браков, прилива в города славянского населения[8]. По отношению к Дубровнику установлено, что уже около 1200 года славянский элемент в нем был весьма значительным, а в состав верхнего слоя города (патрициата) славяне проникли еще до 1100 г. Сплит уже в XII в. был по преимуществу хорватским городом, а Трогир стал хорватским уже в XI в. Таким образом, большинство исследователей называет XII век временем, когда произошла окончательная славянизация далматинских городов[9].

Отчетливо различимы две формы взаимосвязей города и округи – сселение окрестных жителей в город и обратное движение горожан на пригородные земли в качестве их собственников и землевладельцев. Существовал, видимо, и третий канал отношений, когда крестьянин, не переезжая ни внутрь города, ни под защиту его стен, но продолжая жить у себя в селе, тем не менее, имел статус горожанина, принимая участие во всех городских делах[10]. Хозяйство городов в эти столетия развивалось своеобразно. Импульс к оживлению экономики дали не ремесла, а промыслы. Три из них, по общему мнению, являются древнейшими. Это – выпарка соли из морской воды, рыболовство и мореходство. Наименее «городским» промыслом было мореходство – им занимались все, лодки строились в любой прибрежной деревне[11]. Жители раннего города бережно хранили античные навыки разведения лозы, оливы и других садовых культур. Города получили возможность стать центрами интенсивного земледелия еще и потому, что славянское население в VII-VIII веке еще не знало местных культур – оно было преимущественно хлебопашеским или скотоводческим. Города в этих условиях становились пунктами обмена вина, масла и смокв на хлеб и мясо.

Промыслы и интенсивное земледелие превращали города в рыночные центры. Ремесленное же развитие городов (кроме Дубровника) запаздывало, исключая строительное дело[12]. Социальная характеристика раннесредневекового города сложна. Источники свидетельствуют лишь о наличии в городе его «лучших людей», «знатных» (nobiles). Имелись в составе городского населения и рабы, которые были заняты в основном в сельскохозяйственном производстве В основной массе горожан как в X-XI вв., так и в XII – первой половине XIII в. не прослеживаются иные градации, кроме владельческих и профессиональных. В социальном смысле средний слой горожан (будущие «пополаны») был сравнительно однородным, и эта однородность сыграла значительную роль в развитии городских институтов. Именно это обстоятельство обеспечило относительно равномерное созревание, а затем и фиксацию городского права, обусловило потребность в регулярном делопроизводстве, а затем и функционирование устойчивых городских учреждений. Этому не противоречит тот факт, что городские учреждения в своем окончательном виде после 1250 г. получили не пополанский, а аристократический характер. Особенность далматинских коммун в том и заключалась, что городская знать, монополизировавшая коммунальную администрацию, являлась силой, не созданной (даже частично) за счет внешних, иногородних элементов, а выросшей внутри города и поэтому органически связанной со всем городским строем[13].

Подобные материалы:

Куба - обострение трудностей
Своими специфическими особенностями среди других стран Латинской Америки отличалась Куба, остававшаяся единственной страной континента, которая избрала путь построения альтернативного капитализма социалистического общества. Во второй пол ...

Экономическое развитие России во второй половине XVIII в.
После смерти Петра I наследников не осталось. В связи с этим обстоятельством для России начался нелегкий период, когда одна власть сменяла другую, а престол переходил из рук в руки шесть раз. Власть в стране стала передаваться по праву пр ...

Китай в первой четверти ХХ века. Экономическое и политическое развитие Китая после Синьхайской революции
На состоявшихся вскоре парламентских выборах Гоминьдан добился значительных успехов и получил большое количество мандатов. Однако парламентские методы борьбы и были для Юань Шикая совершенно не приемлемы. Постепенно он начинает игнорирова ...