Согласно ст.2 постановления ЦИК и СНК СССР от 20 июня 1936 г. "органы прокуратуры и следствия" отделялись от наркоматов юстиции союзных и автономных республик и переходили в исключительное подчинение Прокурору СССР. Соответственно, по постановлению СНК СССР от 5 ноября 1936 г. "О структуре Прокуратуры Союза ССР", в Прокуратуре СССР был образован Следственный отдел. Так в нашей стране окончательно сложилась прокурорская модель организации следственного аппарата.

В 1930-е гг. дальнейшее развитие получила и административная модель построения следственного аппарата. В конце 1930-х гг. следственные подразделения были учреждены в органах госбезопасности и милиции, подведомственных тогда единому Наркомату - основанному 10 июля 1934 г. НКВД СССР. Приказом НКВД СССР от 22 декабря 1938 г. была образована Следственная часть Наркомата, которая в сентябре 1939 г. подверглась разделению на следственные части Главного управления государственной безопасности и Главного экономического управления. Несколько ранее, 5 августа 1939 г., следственная часть была учреждена и в Главном тюремном управлении НКВД СССР. Кроме того, в соответствии с приказом Наркома внутренних дел от 27 августа 1939 г., предусматривалась организация следственных групп в отделах БХСС и уголовного розыска территориальных управлений Наркомата внутренних дел.

В ходе последовавших в 1941-1953 гг. преобразований НКВД-НКГБ-МГБ-МВД их следственные подразделения неизменно сохранялись, будучи пополнены учрежденной 2 июля 1941 г. Следственной частью по особо важным делам (упразднена в 1954 г). Наряду с этим, в начале 1940-х гг. Следственный отдел появился и в Главном управлении рабоче-крестьянской милиции НКВД. После основания 13 марта 1954 г. Комитета государственной безопасности при

Совете Министров СССР в его структуре также образовалось Следственное управление.

Уместно отметить, что собственным следственным аппаратом располагало и учрежденное в апреле 1943 г. Главное управление контрразведки "Смерш" Наркомата обороны. Согласно ст.1 разд. V Положения о Главном управлении контрразведки Народного комиссариата обороны ("Смерш") и его органах на местах от 21 апреля 1943 г. в структуре самого Главного управления контрразведки образовывался Следственный (Шестой) отдел. Соответственно, в структуре Управления контрразведки фронта был также предусмотрен следственный (четвертый) отдел, а в структуре Отдела контрразведки армии - следственное отделение.

Таким образом, начиная с конца 1920-х гг., в нашей стране утвердились две модели построения органов предварительного расследования - прокурорская и административная. При этом необходимо отметить, что создание многочисленных следственных подразделений в органах НКВД-НКГБ-МГБ-МВД (равно как и в органах ГУКР "Смерш") никак не регламентировалось на законодательном уровне, а оформлялось исключительно ведомственными распоряжениями. В этой связи не приходится удивляться, что в "оттепельном" 1957 г. известный процессуалист член-корреспондент АН СССР М.С. Строгович решился прямо заявить, что "следователи милиции являются незаконным институтом". Тогда же, в 1957 г., многолетнее параллельное функционирование трех следственных аппаратов - в прокуратуре, госбезопасности и милиции - породило примечательную дискуссию.

Все началось с того, что в ходе работы шестой сессии Верховного Совета СССР IV созыва - на заседании 9 февраля 1957 г. - эстонский депутат Э.К. Пусэп выступил с предложением упорядочить деятельность следственных органов. По мнению депутата, разделение следствия между прокуратурой и милицией утратило смысл, и потому целесообразно сосредоточить расследование уголовных дел "в одном едином следственном органе" (о необходимости упразднить. следователей госбезопасности речь, естественно, не заходила). Практически одновременно в февральском номере журнала "Советское государство и право" за 1957 г. была опубликована статья тогдашнего начальника Главного управления милиции МВД СССР М.В. Барсукова, в которой автор сходно высказался за создание объединенного следственного аппарата (предложив, правда, включить его в структуру МВД).

Странным образом синхронизированные выступления эстонского депутата и начальника Главного управления милиции всколыхнули юридическую общественность. На протяжении полугода на страницах юридической периодики и газеты "Известия" появились восемь статей и передовица, посвященные проблеме организации предварительного следствия. Единодушно согласившись с тезисом о необходимости образования единого следственного органа, авторы статей разошлись во мнениях касательно его ведомственной принадлежности.

Большая часть авторов (основной трибуной для которых стал журнал "Социалистическая законность") выступили за сосредоточение предварительного следствия в органах прокуратуры. Судьи Верховного суда РСФСР С.В. Бородин и А.Я. Грун предложили - в духе 1920-х гг. - сосредоточить следственный аппарат в органах Министерства юстиции. Наконец, И.Д. Перлов и М.Ю. Рагинский привели доводы как в пользу передачи следователей в систему Минюста, так и в систему МВД. Характерно, что отмеченные авторы так и не вышли в своих рассуждениях за рамки существовавших на тот период моделей построения следственного аппарата.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Подобные материалы:

Театр, музыка
Народная культура Урала сохранила театральные традиции, в том числе в форме ярмарочно-балаганных представлений. В начале XIX в. появились крепостные театры в вотчинах Лазаревых, Строгановых: драматический кружок на Очерском заводе(1807 г. ...

Разрыв царя с избранной радой.
Недолго молодой царь Иван Васильевич ладил со своей избранной радой и сносил терпеливо наложенную на него опеку и ограничения. Уже в 1553 году произошли у него крупные неприятности с его советниками. В начале этого года, вернувшись из каз ...

Введение.
В истории войн найдется не много стратегических операций, названных по имени полководца, одна из них - Брусиловский прорыв. До сих пор Брусиловский прорыв вызывает интерес у множества историков и у людей увлекающихся военной историей. Пре ...